* Сегодня Яков ЕСЕПКИН — писатель номер один в России. Равных ему не было и вчера, и позавчера, ни в Серебряном, ни в Золотом веках. Читайте великую литературу, коль скоро она чудесным образом существует и не является предметом трансвременной метафизической иллюзорности.

Яков Есепкин

Портреты юдиц у Корделии

Седьмой фрагмент

Сны Корделии тягостны, мгла
Почивальню шутов овивает,
Близу дикого сердца игла,
Что иродных еще убивает.

Лире, Лир, не веретища злы,
А пиров меловые столовья,
Дщери наши смертельно белы,
Алчут ядов и тьмы суесловья.

И томятся оне, и ядят
Вишни Гебы меж чад неборовных,
И отцов из парчевниц следят –
Надэфирных уже и бескровных.

Девятнадцатый фрагмент

Что юдицам икать – хлеб давно
Зачерствел, шелки емин алее,
В кровь и яд превратилось вино,
Девам жалуют пунш на лилее.

Ах, следите, Гиады, тлеют
О каморном венечье рубины,
Фреи нам диадемы лиют
Из увеченной славской рябины.

Грянет бальник Аваддо, чела
Мертвых одниц распишут уголем,
И трельяжей ночных зеркала
Мгла собьет, где еще мы глаголем.

Тридцать восьмой фрагмент

Волны снов Идофея сребрит,
Богородице нас отемняет,
А бледна и веселость харит,
Именины их ночь отменяет.

Что ж исцветникам снится, Колон,
Белым розам и алым, горящим
Тленной желтию, сех Аквилон
Презлатил в наставленье дарящим.

Будут вершникам дарствовать мглу
И хлебницы, и негу жасминов,
И тогда мы подсядем к столу
Именитств о золоте карминов.

Сороковой фрагмент

Тусклым блеском левкоев и астр
Сад встречает диаментных гостий,
Жжет вино золотой алавастр,
Шелк мерцает круг басмовых остий.

Зри, Господе, хотя цветники
И обручников ночи хрустальной,
Где еше и висят ангелки,
На какой гильотине портальной.

Станут юдицы Тейю хвалить,
Первой лунной богине дивиться,
Чтоб кровавую цветность излить
И карминовой миррой давиться.

Пятидесятый фрагмент

Август ночь золотых цветников
Благо дарствует стайкам прелестниц,
Фей чарует всезвездный альков,
Холодя сенью мраморных лестниц.

Убеляйся, каморная тьма,
Пусть фиады о винах немеют,
Нам Геката мирволит сама,
Ей торговки перечить ли смеют.

Но Корделии сны тяжелы
И юдиц устрашает изветность,
И со усн мы лием на столы
Изумрудно-кровавую цветность.